- Дмитрий Анатольевич, что вы можете сказать по поводу последних новостей из зоны столкновения в Швейцарии?
- Я думаю, что это совершенно очевидно, что если кто-то считает, что может безнаказанно вот так сталкивать их, и смотреть - а что же получится, то он в конце концов поймет, что мы этого не позволим. А если у кого-то были иллюзии на этот счет, то ему с этими иллюзиями придется расстаться. И если кто-то думает, что мы будем сидеть сложа руки, пока наши частицы разгоняют, а потом сталкивают самым циничным образом, он жестоко ошибается. Повторяю: если окажется, что в зоне столкновения находятся российские частицы, последствия будут самые печальные.
Та агрессия, с которой мы столкнулись сегодня со стороны швейцарских властей, она по своей природе не имеет примеров в истории. Это просто за рамками понимания. Когда, казалось бы, цивилизованное государство, силы которого были переоснащены другими "высокоразвитыми" государствами, применяет всю эту мощь против элементарных частиц, которые оно, кстати, еще и периодически рассматривает, как свои частицы, мы этого допустить не можем. Я вас уверяю - ответ на это будет один.
Мир убедился, что и в наши дни есть научные уродцы, готовые в угоду своим интересам разгонять и сталкивать, а собственную бездарность и неспособность находить выход из сложных ситуаций, компенсировать самым ужасным способом – путем уничтожения целых пучков. Думаю, что исторические аналогии здесь совершенно очевидны. Этому не должно быть прощения.
Теперь по бозону.
Россия заявляет решительный протест против самой постановки вопроса: мол, в ходе этого так называемого эксперимента может быть опровергнуто или доказано существования бозона Хиггса. Хочу напомнить, что это именно российский ученый - Антон Мордухович Хиггс создал свой первый бозон еще мальчишкой. И с тех пор они и не переводились у нас. И вот теперь их существование поставлено под вопрос? Я этого не понимаю. И я сейчас имею в виду даже не самих бозонов, которых у нас - как собак не резанных, а сам механизм нарушения электрослабой симметрии. Вот ведь в чем дело. Вот они подо что копают.
Немногие смеют сегодня сказать, что переход вещества в состояние кварк-глюонной плазмы и её остывание в определенных кругах кому-то очень не нравится. То есть получается: выгодно нам остывание плазмы, она у нас остывает, а не выгодно - не остывает?
Хочу напомнить, что Россия всегда подчеркивала, что любая субатомная частица имеет гораздо более тяжёлого партнера, или «суперчастицу». Понимаете: ЛЮБАЯ. Поэтому за любую нашу субатомную частицу мы в ответе, где бы она ни находилась: в Швейцарии или где поближе.
Время, когда мы терпеливо растолковывали свою позицию - прошло. Теперь она растолкована, и если кто ее не понял, мне его искренне жаль. Прошу к экрану.
